Небольшой отчет после вылазки в Турцию в сентябре 2014

Ну, раз было что-то вроде анонса поездки, то должно быть и что-то вроде отчета. Оно и мне пойдет на пользу, и Вам может, интересно будет. Итак, поехали…

Предыстория поездки

Юлька говорит недели за три до старта: кажется, тебе надо взять отпуск и куда-нибудь съездить… одному. А мы с девчонками – к бабушке. Да я и сам чувствую, что нужна перезагрузка. Порой наступает такое состояние, когда даже внешне заметно, что надо сменить обстановку.

Небольшой отчет после вылазки в Турцию в сентябре 2014

Без Юльки, конечно, не хочется ехать, но понимаем, что с малышляндией, всем табором будет тяжеловато и не особо мобильно. Юлька… меня отпускает, но знаю, что сама больше моего хочет взять рюкзак и куда-нибудь отправиться, и устала, знаю, больше моего. Как говорил Янковский в фильме «Тот самый Мюнхгаузен»: «Пусть завидуют! У кого еще есть такая женщина!»

Москва

Турция началась уже во Внуково. У выхода на посадку в самолет собрались далеко не туристы. Вот эта русская тетка понтуется, даже со стороны неприятно. Она летит транзитом через Анкару на Кипр, везет какое-то шмотье и хрупкую посуду. А вот это русско-турецкая семья возвращается домой — очень приятные. А вот внук-турчонок машет ладошкой русской бабушке: он и она плачут. Трогает. А вот длинноногая девица в коротких шортиках из подмосковного города Железнодорожный. Выделяется из толпы она особо.

Анкара

Самолет приземлился в ночной Анкаре с почти часовым опозданием. В автобусе из аэропорта до станции метро Ашти беседую с мимолетным знакомым. «Я инженер, а ты кем работаешь?» «А я мэр города Токат». Оставляет у меня в записной книжке номер телефона. «Будут проблемы в Турции, позвони мне».

На станции метро должен ждать Озкан. Это участник клуба гостеприимства. Первую ночь в Турции буду ночевать у него. Мы созваниваемся. Слушаю свой англоговорящий телефон и ничего не понимаю: отдаю трубку первому попавшемуся парню-турку, пусть он разбирается. Мой телефон начинает с ним говорить по-турецки. Разобрались, встретились.

Озкан отлично знает английский, учился в Измире, сейчас два месяца живет в Анкаре. Здесь у него первая работа после института. Любимый писатель Достоевский. Гостей через каучсерфинг принимает постоянно. Неделю назад останавливались два бэкпэкера из Египта. А вот из России я первый гость. А еще Озкан путешествовал автостопом в Морокко, добираясь транзитом через кучу европейских стран.

Мы ужинаем, общаемся через гугль-переводчик, составляем мне назавтра план действий в Анкаре.

Наступает теплая, спокойная турецкая ночь, только под утро будит пение муэдзина, призывающего к молитве. Наблюдаю за турецкой кошкой, которая пробралась с улицы через дверь открытого балкона, а она наблюдает за мной. Засыпаю.

После завтрака Озкан сажает в долмуш до мавзолея Ататюрка — Аныткабир. Про все эти достопримечательности я напишу потом отдельными постами. Сейчас же вскользь, а то и так прилично получается. Я много хожу по городу, заглядываю в цитадель на горе. Я вообще все дни в Турции буду много ходить — постоянно.

Вечером на железнодорожном вокзале покупаю билет до Кайсери.

Вот только еще немного про вокзал хотел написать. Рядом с ним на тротуаре под автомобильным мостом рассыпаны визитные карточки – реклама. Слово массаж, номер телефона и девушки в различных позах для массажа. Я так понимаю, что за раздачу этого дела на улице можно получить по шапке, вот и засеяли ими очень густо тротуар метров на сто. Кому требуется, подбирает рекламку.

По дороге видел строителей: один бетон месит, а второй этих карточек набрал и рассматривает сотрудниц массажного салона. Карточки смотреть – не бетон месить.

Кайсери

В Кайсери поезд пришел за полночь с опозданием. Пришел, выплюнул пассажиров на простую бетонную платформу, вокруг которой пустырь, и скрылся в ночь. Граждане потянулись к автобусу, который бесплатно отвез всех в город до настоящего вокзала. Странно как-то устроено.

Здание вокзала довольно большое, но внутри два маленьких зала ожидания. В первом граждане сидят и ждут опаздывающий поезд. Во втором спят. Наверное, их поезд совсем сильно опаздывает.

Посидел немного в первом зале. Осмотрелся. Иду во второй зал, стелю туристический коврик. Засыпаю.
Часов в шесть разбудил полицейский. Очень удобно кстати. Не надо ставить будильник в телефоне. В городе завтракаю чорбой. Изучаю немного центр. Пора ехать дальше.

Спрашиваю парня-турка: Мераба. Бен арама долмушь отогар Кайсери. (Привет. Я ищу маршрутку до автовокзала Кайсери)
— Спик инглиш? (Говорите по-английски?)
— Ноу (Нет)
— Рашен? (Вы типичный русский, который в школе учил иностранный язык, но не помнит какой?)
— Ага, рашен. (Ага, он самый)

Добрался. Автовокзал большой, современный. Купил билет. Дорого, блин, за час-то езды.
– Когда отходит автобус?
– Сейчас! Побежали, – говорит мне кассир. – Позвоните водителю, – кричит он кому-то на бегу, – остановите автобус.
Мы бежим, он слегонца-так, а я как-то не очень. Рюкзак все-таки нелегкий. Слышу, как в армейском котелке гремит алюминиевая ложка.

Догнали. Сел. Отдышался. Еду в Гёреме.

Гёреме

Гёреме – туристический центр Каппадокии. Отличное место как плацдарм для вылазок в интересные места.

У меня две ночевки в хостеле, забронированном через букинг. Фактически, это место в общей комнате-пещере на пять кроватей. В хостеле скучновато: постояльцы – корейская молодежь – замкнуты на себя и необщительны.

Перебираюсь на две ночи в кемпинг, в палатку. Жизнь стала веселее и насыщеннее, причем сразу. Пока ставил палатку, прибежала собачка и написала на фотосумку. Через полтора часа понимаю, что загранпаспорт, который лежал в наружном кармане фотосумки, промок немного. Короче, весь промок нафиг, абсолютно. Чтоб не тратить времени на сушку, пошел бродить по долине, размахивая паспортом, – сушил.

Познакомился с польской парой, студентами. Путешествуют автостопом. На эту поездку у них примерно месяц и 600 баксов на двоих. Были в Греции и Грузии. Сейчас вот по Турции поездят, и домой. После зимы уедут надолго, примерно на год. Хотят в Юго-Восточную Азию по земле добраться через Россию, может быть, в Пакистан заглянут.

Еще познакомились с французом. Он год в дороге, едет из Непала. Здесь живет уже недели три в пещере. У поляков он увидел карту Грузии — выпросил. Решил еще в Грузию заехать, а уж потом домой. Жалуется на турецкий автостоп: говорит, очень плохо берут. Странно.

Вечерами вместе с поляками и французом готовим еду. У нас движняк, поэтому подтягиваются другие. Вот французы, парень с девушкой, принесли что-то из еды и остатки водки, а вот еще одна польская пара зашла на огонек. Я толку картошку с молоком, поляки-автостопщики что-то из риса варганят с фасолью, французская пара жарит на гриле мясо. Едим, общаемся. Жизненно так. Я общаюсь через поляков. Незнание английского, конечно, сказывается на качестве общения. Как правило, спать я иду первый. Но все равно кайфово. Лучше не знать языки и путешествовать, чем знать и сидеть дома.

За четыре дня я посетил музей под открытым небом в Гереме и шесть долин:

  • Долина Земи
  • Долина любви 1
  • Долина любви 2
  • Розовая долина
  • Красная долина
  • Белая долина

Пора ехать дальше. Хочу немного проехать автостопом.

Невхешир

Город Невхешир посетил транзитом. Так бы и проехал мимо, если б не пришлось из города пешком выбираться на позицию. Обычный турецкий городишко центральной Турции. Красиво, чисто, спокойно. Как назло, ни террористов, ни гопников, ни алкашей, ни грабителей, ни проверок вещей полицией, аж противно. Ничего такого, чтобы поднять рейтинг блога после заметки об этом месте. Никто в тебя пальцем не тычет, но украдкой рассматривают с интересом.

Идешь, а с тобой здороваются. Непривычно сначала, а потом сам начинаешь здороваться первым. И тебя не считают придурком. Правда, не считают, ей богу. Вот чудики. Я хотел приехать домой и тоже так попробовать — передумал. Инстинкт самосохранения сработал.

Вот в футбол школьники играют, вот женщина с ребенком куда-то спешат, вот мужики овощи продают. А вот эти мальчишки предлагают печеньем угоститься и просят их сфотографировать. Фотографирую и иду дальше через город на позицию — мне надо ехать в деревню Деринкую.

Деревня Деринкую

В Деринкую въезжаю с турком на его старенькой колымаге. Моя цель – подземный город, в котором, говорят, могло жить 30000 человек. В нем пока обнаружено десять этажей. Про город этот отдельный пост будет. Ждите. Классное место. Мне понравилось.

Посмотрел город, разложил карту. Думаю, куда дальше. Буду пока курс держать на Конию, через Аксарай.
Стоплю автомобиль. Останавливается семья турок. Путешествуют. Мы едем в Ихлару. Это красивая долина. Читаю в путеводителе про нее. О, мне же тоже туда надо. Я с вами.

Долина Ихлара. Деревни Ихлара и Белысырма

Долина Ихлара — пятнадцатикилометровый каньон глубиной до ста метров посреди степей. Внизу течет речка, а в стенах каньона полно пещерных византийских церквей с хорошо сохранившимися фресками.
Спускаюсь в каньон около деревни Белысырма, переночую, а утром пройду по каньону семь километров и выйду к дереве Ихлара. По глупости плачу за бесплатное место на кемпинге в огороде. Да ерунда это все, не в этом дело.

В долине как-то некомфортно. Погода портится, идет дождь. От дождя и без того серый камень скал кажется угнетающим. Шум неглубокой реки с мутной водой навевает тревогу.

— Ты откуда?
— Я из России
— А я из Ирака. Добро пожаловать в Ихлару.
— Спасибо, блин. Все-таки планета наша очень маленькая.

Дождь усиливается. Иду в палатку. Начинается гроза. Вспышки молнии ярко освещают палатку, и снова мрак. Из динамика мечети по близости раздается призыв муэдзина к молитве. Мне нравится его пение, слушаю с удовольствием. Собаки в деревне начинают завывать под эту музыку. Ух… Завораживает. Слева и справа от меня в долине раздаются выстрелы. Немного напрягаюсь. Нет, это эхо от раскатов грома.

В палатке тепло и сухо. Лежу, курю и втыкаю во все это бытие. Спать, как назло, не хочется. Развлекаю себя наблюдением за грозой. Вспышка. Считаю: раз, два, три… двадцать, двадцать один. Раскат грома приглушенный. Вычисляю расстояние: примерно в десяти километрах. Кажется, она удаляется. Еще одна вспышка освещает палатку, как вспышка от фотоаппарата. Считаю: раз два. Раскат грома. Твою ж (нецензурное слово). Прям надо мной.
Ну, нормально так. Квинтэссенция. Засыпаю. Иногда ночью просыпаюсь от рычания собак где-то поблизости. Тревоги нет. Они рычат хоть и громко, но как-то несерьезно.

Утро. Кто-то скачет около палатки. Выглядываю. Два пса играют друг с другом. Это они всю ночь рычали. Кормлю их хлебом, не едят, но со мной подружились. Эти песики ночью сперли мой китайский резиновый тапочек. Собаки. Спросил, куда его оттащили, молчат, виляют хвостами. Выбрасываю оставшийся. Пока сушится палатка, перед упаковкой, гуляю по огороду и саду — нахожу первый тапочек. Теперь надо искать, куда я забросил второй. Ну, это нормально.

А вообще утро прекрасное. Дождь кончился. Солнце. Настроение нормальное. Тапочек вот нашелся. А вон в том фургончике немцы греют мне в чайнике воду на чай. Они тоже ночевали здесь в машине.

Пройдя долину Ихлара (она заслуживает отдельного материала) я вышел в деревню и продолжил двигаться автостопом в Конию. Но сначала надо доехать до Аксарая. Дорога из деревни Ихлара в Аксарай пустая, едут туда нечасто. Вышел на позицию. Встал около чайной, жду машину. Весь транспорт локальный. Соблазнила чайная, пойду попью чаю, узнаю за одно, сколько стоит.

Чай – это безусловно, отдельная тема. Сидят мужики, общаются, чай пьют — фантастика. Вот так даже футбол смотреть могут. Сам видел.

Выпил чаю, хочу расплатиться. Турок, сидящий рядом, показывает, что не надо, он меня угощает. Так и не узнал стоимость чая в настоящей турецкой чайной.

Выхожу снова на позицию и сразу ловлю машину на Аксарай.

Аксарай

Аксарай меня ни чем не притягивает, необычных достопримечательностей здесь нет. Но с городом приходится познакомиться: выхожу из центра на позицию через весь город. Приятный городишко, приятные люди.
И тут я зависаю на трасе достаточно надолго. Трасса меня видит и разговаривает со мной, но Аксарай почему-то не выпускает. Вспоминаю жалобу француза на автостоп. Стемнело. Наконец то взяли до Султанханы, всего 40 километров.

Разговорились с водителем, обменялись координатами в фейсбуке. По пути завозим какие-то пакеты в салон сотовой связи. Приехали на выезд из города в придорожную пиццерию на автозаправке. Здесь уже накрыт стол для нас, наверное, заранее водитель позвонил и заказал.

После ужина распрощались. Он дальше по делам, а я поставил палатку и завалился спать.

Кония

В Конию въехал на старенькой тесной машине – еле поместился с рюкзаком на переднем сиденьи. Сзади в машине – жена водителя, обильно закутанная в платки и дочь лет десяти.
Кония – самый консервативный турецкий город касаемо ислама. Здесь я посетил рынок и музей Мевлана, священное место для многих мусульман.

Кстати, про гостиницу, в которой жил. Нашел ее в путеводителе. Прихожу: никого нет. Ни охраны, ни на ресепшене, ни постояльцев. И все открыто. Ждал больше часа, собрался уходить, и вдруг приходит мужик. Поселился, немного отдохнул, собрался и вышел из номера. А он в прикольных шортах и туфлях пылесосит. Короче, он и охрана, и администратор, и горничная, и хозяин. Хороший вообще мужик, и отель его неплохой.

Средиземное море. Алания. Сиде. Анталия.

После Конии все пошло как-то обыденно и предсказуемо. Я поехал на Средиземное море на автобусе. Один раз ночевал около автостанции в палатке в Манавгате, а в остальное время в недорогих гостиницах.
Ночь провел в Сиде, две ночи в Алании и ночь в Анталии. Перемещался на автобусах. После того, как просыпался, я был постоянно в движении и постоянно что-то посещал, искал и высматривал, лишь один раз в Сиде на полтора часа остановился и позволил себе окунуться в море.

А вообще, чем больше предсказуемости, тем меньше интересных событий и встреч. Стало больше комфорта, но эти дни мне запомнились меньше.

Последнюю ночь я провел в Анталии, в комнатке над прачечной, снятой через airbnb. Я даже не предполагал, что комнатка окажется в старом городе, а рядом – кафе с живой блюзовой музыкой, которая здорово слышна в распахнутое окно.

Анталия. Аэропорт

В аэропорту меня попросили зарегистрировать на себя две чужие сумки и по прилету передать их в Москве. А потом я еще раз вспомнил про ту собачку, которая обсыкала мой паспорт. На паспортном контроле выяснилось, что из всех штампов в паспорте смылся только штамп моего перехода границы в Анкаре.

Некоторое время разбирались, звонили куда-то, диктовали мою фамилию по буквам, прибежал какой-то человек, посмотрел паспорт, похихикал и выпустил из Турции.

Москва

В Москве встретил турок — получатель сумок. Он довез до Курского вокзала, что было кстати, потому что самолет прилетел очень рано. Через десять минут я уже сидел в электричке до Серпухова. Рядом ехали грибники и травили байки про очень щедрые грибные поляны.

В десять часов я пересек порог своего дома, чем и закончил свое путешествие.

Три дня потребовалось, чтобы перестроиться и въехать в обыденную жизнь. Довольно быстро.

У нас вчера дали отопление, позавчера встретил своих из Кирова. Жизнь входит в свое русло. Я еду на работу в электричке и дописываю этот текст. Иншала, через неделю подберу фотографии и опубликую. Я совсем не выделяюсь в толпе, я не смотрю в лица прохожих, я не здороваюсь с ними и очень редко им улыбаюсь. Я замаскировался. Срабатывает привычка и инстинкт самосохранения.

Но есть такая пословица, кажется, китайская, что после путешествия вы уже не будете такими, как были прежде. Это правда.

П.С. Я, наверное, немного идеализирую Турцию. И вообще мне на самом деле анатомически сложно постоянно улыбаться, у меня устают лицевые мышцы от этого непривычного дела. Множество якорей тянут меня назад домой к вещам, которые мне дороги и без которых я не могу жить. Просто…

Электричка Серпухов-Москва 4 октября 2014 года